Оружие

— Ага, — иронично сказал Алесь. — Там, где следят… Нет, брат, если покупать, то там, где об этом и не подумают, в самом логове… Даже и здесь будет опасно. Так я вас подводить не буду… Если что со мной случится — сами освобождайте Андрея.— А ты? — спросил Кондрат.— Я выпутаюсь… Слушайте, что надо делать. Его, конечно, привезут в Бутырки. Заведи, Мстислав, знакомство с людьми. Постарайся загодя подкупить палача, чтобы бил со снисхождением.— Неужели будут сечь? — спросил Когут.— Обязательно будут, Кондрат… Так вот, с Болотной или Сенной площади их повезут на Рогожскую заставу, откуда начинается Владимирка. Как только точно узнаете, что и как, зовите хлопцев. Постарайтесь напасть на этап где нибудь недалеко за городом… Вот и все… Выяснится, что я устроился надежно, что нету измены, что за нами никакого хвоста, — я присоединюсь к вам. А пока сидите тише мышей, не выдавайте себя без надобности.— Где нибудь в Приднепровье не могли отбить, — ворчал Кирдун. — Шуточки им — на этап напасть.— Дурень, — сказал Кондрат. — Сам видел, какая охрана была до Могилева и после него. Рота солдат сопровождала этап. Что, напасть да всех друзей так вот, псу под хвост?— В восстании так и будет, — неожиданно сказал Алесь. — Сам лягу с друзьями, а освобожу хоть бы и последнего косинера .— Зачем?— А затем, чтобы люди ничего не боялись, чтобы знали, что друзья не оставят на муки. Такой один, я уверен, в бою четверых стоит.Он оглянулся и увидел старика в енотовой шубе. Старик — по виду купец из небогатых — тащился к ним по снежной жиже переваливаясь: он подталкивал коленом тяжелый кофр.— Силенциум, — сказал Алесь. — Внимание.Все умолкли. Купец дотащился до них и с облегчением поставил кофр.— Извозчика ожидаете?— Да, — сказал Загорский.— Одной компанией?— Нет. Я вот со слугой, а они — отдельно.— Жа аль. — Старик вытирал лоб большим платком. — И куда же это вы, позвольте уж узнать?— Вы куда, господин? — спросил Алесь.— В «Дрезден», — буркнул Маевский.— Да с, — сказал старик. — Проезжий, значит. Из купцов?— Да, — сказал Мстислав.— По какой комиссии?— Меха… И закупка перкаля (тонкая хлопчатобумажная ткань, сходная с батистом (перс.)).У старика было красное лицо, бородка клином и хитрые мутновато синие глазки. Услышав ответ Мстислава, он растянул рот, и без того большой, будто щель в почтовом ящике.— Со своих, значит, мужичков теплое сдираете, чтоб в холодное да линючее обрядить. — Он говорил по русски певуче, как говорит московское мещанство.— Не ваше, отец мой, дело, — сказал Мстислав.Старик как бы и не слышал.— И откуда вы?— Могилевский, — сказал Мстислав.Наступила очередь Алеся.— Мы, оказывается, из одних краев, — мягко сказал он Маевскому. — Надеюсь, если мне понадобится, я найду вас?Мстислав подал ему визитную карточку.— Шандура Вакх Романович, — прочитал Алесь. — Что ж, мне приятно. Вы из подуспенских Шандур?— Да, — буркнул новоявленный Вакх.— Возьмите и мою. — Алесь протянул веленевый прямоугольничек.Мстислав пробежал по нему глазами и вдруг поклонился.— Я к вашим услугам, — сказал он. — Какая комиссия, прошу, конечно, извинить?— Мне нужно три тысячи штук перкаля. Через три месяца, самое позднее. Пусть самого дешевого, но зато самых резких и ярких, самых пестрых расцветок.— А тип? — с алчностью, таящейся за крайним почтением, спросил Маевский.— Разнотипные штуки, — сказал Алесь. — Это не оптом.